Великая Отечественная война — не только сражения и хроника. Это афиша спектакля, висящая рядом с фронтовым приказом. Это тушь, разведённая водой из лесной канавы. Это стихотворение, написанное на листке между атаками. Искусство было с человеком — в тылу, на фронте, в блокадном Ленинграде. Оно стало способом выживания, поддержки и сохранения человечности в нечеловеческих условиях.

Выставка «41/45»  показывает войну не как набор дат, а как пространство, в котором художники, поэты, музейные сотрудники и актёры продолжали творить, чтобы сохранить надежду и жизнь. В первом зале представлены события 1941–1942 годов — самые тяжёлые месяцы войны, когда город оказался в кольце блокады, а художники фиксировали происходящее в графике, письмах, рисунках и плакатах. Во втором зале внимание смещается на искусство как форму сопротивления: блокадный театр, эвакуация шедевров из Эрмитажа, маскировка города, фронтовые концерты, поэзия Константина Симонова. Это история о том, как слово, образ, песня и жест помогали людям выстоять.

Центральное место в экспозиции занимают подлинные графические и живописные работы Александра Блинкова, созданные им в партизанских отрядах. Он жил с бойцами, рисовал рядом с ними, терял листы, пробитые пулями, и снова брал в руки кисть и карандаш.

Выставку дополняют современные полотна Людмилы Щербининой, Александра Кривоноса, Дмитрия Березина, Татьяны Стрежбецкой и Юлии Косцовой, которые продолжают разговор о войне, но уже из XXI века.